Пусти твой серп и пожни
Пусти твой серп и пожни
Просмотров: 949 | Голосов: 4 | Рейтинг: 1 |
-2 -1 0 +1 +2   
Пусти твой серп и пожни

Эти слова были сказаны ангелом к «сидящему на облаке» и ясно указывают на великую жатву, завершающую земное бытие. Бог пожнет эту созревшую ниву для вечности. Но сегодня слова «…пусти серп твой и пожни…» я хочу адресовать каждому христианину, каждой церкви ХВЕ и нашему братству в целом.

Каждый из тех, кто пережил встречу со Хрис­том, получив прощение грехов, крещение Духом Святым, зачислен в армию жнецов Божиих. На него – вместе со всей остальной Церковью Христовой – возложена великая миссия: пожать человечес­кие души для Царства Божьего. Представьте себе огромную армию жнецов, которая выстроилась на поле, но опустили серпы на жатву только некоторые. Небо затягивается тучами, уже слышны раскаты грома, поднимается штормовой ветер, вот-вот начнется ливень, а основная масса жнецов, увы, занята чем-то второстепенным, суетным…

Когда приходит время земной, физической жатвы в нашей стране, то все, начиная с президента и заканчивая комбайнерами и водителями автомашин, ориентированы на то, чтобы работа кипела
не только в любой погожий день, но и во всякий погожий час. Каждый из них прекрасно понимает смысл пословицы «День год кормит». Но если говорить о жатве духовной, то христиане, призванные собирать духовный урожай, часто не проявляют должной собранности и понимания, не имеют должной оснащенности. Вот как на самом деле обстоят дела на Божьей ниве: в Республике Беларусь 27 тысяч населенных пунктов, и только приблизительно в 3 тысячах из них есть хоть какая-нибудь церковь (я имею в виду все христианские деноминации). В 24 тысячах населенных пунктов церкви отсутствуют. Да, какие-то деревни очень малы, какие-то вообще вымирают, но ведь и для тех немногих 20, 50 или 100 человек нужна церковь – этот духовный якорь, этот ковчег спасения.

Когда-то, в 70-х, 80-х годах прошлого века (я это время застал), истинная Церковь в СССР была гонима. Собираясь на богослужения по домам, люди ревностно молились о том, чтобы Господь даровал свободу для проповеди Евангелия. В 1988 году, пос­ле празднования 1000-летия Крещения Руси, «северный» ветер гонений вдруг сменился на «южный» – пришла долгожданная духовная свобода. 1989-й, 1990-й, 1991-й… Кто-то из верующих говорил об этих первых годах свободы так: мол, она пришла настолько неожиданно, как небывало ранняя весна; того и гляди, чтобы метели не вернулись... Но метели не вернулись! Церковь осознала, что все обещанное Богом через пророчества в годы гонений наконец-то свершилось: духовные темницы открылись, Евангелие может быть проповедано везде без всяких преград.

Помню, как мой отец, который в то время был пастором нашей поместной церкви, постоянно призывал нас, молодых людей, идти и проповедовать о Христе. Об этом мы начали молиться, и около 10 братьев и сестер из относительно небольшой деревенской общины поехали трудиться для Господа. Подобная картина была в других церквях братства. Этот долгожданный вкус свободы «спровоцировал» Церковь создать десятки евангелизационных групп. В поместных церквях избирались благовестники и посвящались на служение. За десять лет (с 1991 по 2001 год) в нашем братстве было открыто более 300 новых церквей – и больших, и маленьких. Учение о Великом Поручении было поставлено во главу угла, что принесло обильные плоды. Люди, подобно
апос­толу Павлу, «не советовались с плотью и кровью»: ехать проповедовать в чернобыльскую зону или нет; будут они на новом месте иметь столь же удобные дома и квартиры, которые имели на родине, или нет; найдут они достойную работу или нет… Бог стучался в их сердца, в церквях Господу вторили пасторы, и «из-под порога храма потекла вода на восток», и этот поток принес духовное исцеление и жизнь вечную большому количеству людей.

Вспоминаю свой случай. В 1995 году я женился, но до этого усердно молился, чтобы не осесть «в гуще» церквей Пинского района, а отправиться туда, где Бог хотел бы видеть нашу семью. Был ли я хорошо подготовлен как проповедник или душепопечитель? Нет! Мне предстояло многому научиться (впрочем, учусь и сейчас), но готовность трудиться на духовной ниве была по сердцу Отцу Небесному, и потому Он вверил мне служение. Перед отъездом на труд в Гомельскую область один из братьев нашей общины спросил: «Ну а ты, Василий, как думаешь, готов?» Я не мог дать утвердительный ответ и потому сказал: «И готов, и буду готовиться в процессе…»

В начале 2000-х годов в церквях стали меньше говорить о благовестии, миссионерстве. Имели место неудачные случаи отправки миссионеров, которые были истолкованы пассивной частью Церкви как повод не спешить, а искать «волю Божью» в этом вопросе. Затем в 2002-м вышел новый закон «О свободе совести и религиозных организациях», который значительно усложнил труд благовестия. И проповедь Евангелия начала затихать. Таким вот образом в разгар жатвы жнецы опустили руки. Готовность верующих переехать в другую местность для открытия церквей тоже практически сошла на нет. Библия так говорит об этом состоянии: «…спящий же во время жатвы – сын беспутный» (Притч. 10:5).

В чем сегодня я вижу выход из создавшейся ситуации? Нужно обновить призыв к миссионерству. На самом деле в церквях нашего братства есть сотни благочестивых семей, которые имеют призвание для миссионерского служения, но пасторы их не мотивируют, не направляют на отдельные участки Божьей нивы. К сожалению, у многих служителей не вполне верное представление о сути миссионерства или же слишком уж завышенная планка для миссионера. А на самом деле миссионерами могут быть обычные благочестивые семьи, переехавшие в тот или иной агрогородок или поселок с целью благовестия, которые своей жизнью являют окружающим любовь Христову. Если бы каждая церковь только нашего братства послала в качестве благовестника минимум одного человека, то по меньшей мере триста церквей открылось бы на нашей земле через год-другой…

У славян, к сожалению, бывает так, что люди, получив зарплату, уходят в запой во время жатвы. Мы, верующие, от Христа получили многое. Что происходит с нами сегодня? Не упиваемся ли мы покоем, благополучием, достатком? Однажды в составе группы «Добрая Весть» я был на евангелизации в Сибири. Снег уже выпал, и, направляясь на очередное служение, однажды мы увидели несжатое поле ржи. Бесчисленные ряды налитых колосьев склонили свои головы под шапками снега. Кто-то был виновен в том, что от богатого урожая осталась разве что галочка в отчете председателя колхоза…

Жизненный опыт подсказывает людям, что северный ветер рано или поздно сменяется южным, а потом происходит все наоборот. Сегодня для Церкви Христовой южный ветер все еще дует; люди, слушая Благую весть, видя благочестивое житие и добрые дела верующих, все еще принимают Хрис­та в качестве Господа и Спасителя (пусть и не так массово, как в 90-е годы). Успеем ли сделать все от нас зависящее, чтобы северный ветер не застал нас врасплох; чтобы те, кто должен услышать Благую весть, имели такую возможность?

Василий Завадский