Отнеси меня, душа, в дни минувшие!
Отнеси меня, душа, в дни минувшие!
Просмотров: 1357 | Голосов: 1 | Рейтинг: 2 |
-2 -1 0 +1 +2   

Тихо-тихо падает снег. Я сижу у окна и вглядываюсь в синий бархат неба. Еще немного,и на востоке вспыхнет звезда. Вся Земля затихла в ожидании чуда, как и тогда, две тысячи и семь лет назад. Именно тогда с небес сошла Любовь, чтобы всего через тридцать лет и три года быть распятой и уничиженной за наши грехи.

Душа моя, отнеси меня в давно минувшие дни, далеко-далеко, в ту незабываемую ночь! Я хочу прикоснуться к тайне…

Вифлеем. Я бреду по его умолкнувшим улицам вслед за двумя уставшими путниками. Они с надеждой всматриваются в тускло светящиеся окна: значит,в доме еще не спят и могут пустить на ночлег. Путник стучится в дверь. Она открывается не скоро, а потом на пороге появляется недовольный хозяин.

– Кого тут носит по ночам?

– Пустите переночевать, у нас должен родиться ребенок.

– Нет у нас места, идите, откуда пришли!

Путник тяжело вздохнул, обнял за плечи спутницу, и они побрели дальше.

Вот снова дом и отблески очага в окне.

– Пустите нас, пожалуйста!

– Нечего бродить по ночам, добрым людям мешать отдыхать!

Дверь с грохотом захлопывается.  Две слезинки-жемчужинки скатываются по ресницам путницы, и глубокий стон вырывается из ее груди.

– Я больше не могу, – говорит она чуть слышно. – Он скоро родится.

– Смотри, там какая-то постройка. Давай попробуем зайти?

Со скрипом открывается дверь, и путников обдает запахом сена, смешанного с потом животных. Это – хлев! Внезапно потревоженные овцы встречают неожиданныхгостей тихим блеянием. В уголке потрясает головой ослик, как будто приветствует уставшую пару. Здесь тепло. Путник, бросив на землю охапку соломы, помогает устроиться на ней уставшей жене. Еще мгновение, и все вокруг замерло в ожидании…

И вот оно – свершилось! В заурядном хлеву, на охапке сухой соломы появился на свет Младенец. Он сделал свой первый вздох, который плавно перешел в обычный плач новорожденного. Мать бережно завернула его в пеленку, укутала своим плащом и приложила к груди. Он смежил глазки и вскоре уже беззаботно посапывал, согревшись, а женщина осторожно взяла теплую ручку и прикоснулась губами к малюсенькой ладошке Сына. К той, которая через три десятилетия будет безжалостно пробита большим гвоздем, а потом станет истекать кровью на Голгофском кресте. Знала ли женщина об этом, прижимая к груди маленький родной комочек, чувствовало ли материнское сердце, что ждет ее Сына? Вот он безмятежно засыпает в яслях, и к нему приближаются осмелевшие овечки. Окружив ясли со всех сторон, они греют Младенца своим горячим дыханием. А Он улыбается во сне Ангелам, которые поют в небесах: «Осанна родившемуся Царю!» У него все еще пока впереди: и детство, и крещение в водах Иордана, и предательство любимых учеников, и позорная смерть на кресте, и чудесное Воскресение...

 Я возвращаюсь в день сегодняшний. За окном тихо-тихо падает снег. Город спит. Лишь в нескольких окнах мерцает свет. Одно из них – мое. И мне кажется, что я слышу осторожный стук в дверь. Сейчас, сейчас! Я бегу, чтобы открыть ее и впустить в свой дом двух усталых путников с новорожденным ребенком…

Приходи ко мне, Христос, я отогрею своим дыханием Твои озябшие ладошки; я укутаю Тебя в покрывало моей любви; я расскажу о том, как долго Тебя ждала и как рада, что Ты нашел меня в этом огромном ночном городе. Я знаю, Ты пришел, чтобы простить меня и озарить светом надежды мое уставшее сердце. Отныне и навсегда, Христос, оно принадлежит Тебе. И да святится имя Твое во веки веков!

Ядвига Кобринец