Миниатюры
Миниатюры
Просмотров: 1498 | Голосов: 3 | Рейтинг: 1 |
-2 -1 0 +1 +2   

Сергей Сапоненко родился в 1966 году. С первых минут жизни страдает от детского

церебрального паралича – не действуют руки и ноги, речь затруднена. Он не то что писать, поесть без посторонней помощи не может. В 1996-м у Сергея появился компьютер. Освоив по книгам эту технику, он начал писать стихи – сначала нажимая на клавиши носом, а затем с помощью нехитрого приспособления – палочки, прикрепленной к обручу, который надевается на голову. Сегодня имя Сапоненко известно далеко за пределами его родного Гомеля и даже Беларуси. Сергей пишет стихи, прозу, новеллы. Его произведения публикуются во многих газетах и журналах. Издательство "TITEL" (Germany) выпустило в 2002 году двухтомный иллюстрированный сборник его стихов "Сердце на бумаге". Также вышли в свет сборники "Люблю", "Вера, Надежда, Любовь", "Песни Сиона". Готовится к печати новый сборник "Журавлик бумажный". Сергей Сапоненко является членом Международной Ассоциации писателей и публицистов (МАПП) и Ассоциации франко-европейской литературы (AFEL).

 Сергей САПОНЕНКО

Миниатюры 

БЕРЕЗКА

Весна. Слышно, как растет трава, шелестя прошлогодней листвой.

Ветреница распустила нежные цветы-звездочки, заполонив все вокруг.

Ярко-зеленые платочки юной листвы полощет легкий ветерок.

В первый раз после долгой зимы прогуливаюсь по лесу.

Спешу к тому месту, где растет молодая березка.

Мы познакомились пару лет тому назад.

Она мне сразу приглянулась, потому что «поселилась» между

старыми корабельными соснами, там, где, казалось бы, и жить нельзя.

Сосны по-недобрососедски закрывали свет,

бросаясь шишками да иголками. Под ними ничего, кроме мха,

не росло, пока не появилась березка.

Издали вижу, что там, куда я спешу, необычно светло.

Наверно, сосны спилили? Давно пора!

Через пару лет они все равно бы упали от старости,

а так принесут пользу, став досками или брусом.

А где же моя березка?! Ее спилили! Наверно, вырубка леса

была еще осенью, и она мешала вести

заготовку строевого леса. Вот ее пенек. Почему-то он мокрый?

То и дело на него садятся шмели и мелкие пичужки.

Да это же березовый сок! Пни сосен омертвели.

А березовый пенек вопреки всему поит своим живым соком жаждущих.

А живу ли я так, чтобы оставить после себя хотя бы каплю живительной влаги?

 

                                                                                                                                                                   

ЛАНДЫШ

В прошлом году летом почти не было дождей.

Кто-то не потушил костер, и полыхнул лесной пожар,

пожирая на своем пути все живое.

Сейчас буйствует, разливая яркие краски, май,

а в выгоревшем лесу царит смертельно-черный цвет.

Кажется, ничто не заявляет здесь о жизни.

Говорят, что после пожара многие годы ничто не растет.

Но среди безмолвной пустыни пожарища

мне встретился одиноко цветущий ландыш.

Вокруг разлилась чернота, а он цветет, не замечая того, что жить тут нельзя.

В этом лесу ничто не радуется майскому солнцу.

А ландыш весело протягивает к небу зеленые руки листьев,

позванивая колокольчиками нежно-белых цветков.

Их прекрасный запах чувствуется за несколько метров, говоря,

что самый слабый луч света способен победить любую тьму.

Случается, что в нашу жизнь приходит горе, и мы остаемся среди обугленной пустыни,

не зная, что делать. А надо просто жить!

 

                                                                                                                                                                  

СОЛОВЕЙ

Прорезая лес, тянутся вдаль четыре

чугунные нити. Они пытаются сказать, что

параллельные прямые никогда не сходятся.

Хотя кажется, что у горизонта они сливаются.

Много лет тому назад через лес проложили железную дорогу.

Направление оказалось оживленным, и по дороге постоянно

проносились поезда: пассажирские – размеренно перестукивая стыками рельсов,

грузовые – громыхая невпопад.

Здесь, у самой дороги, соловей свил гнездо.

Как только весенний ветер вырвал из березовых почек листву,

соловей запел. Мимо проносились поезда, заглушая трели соловья,

но он самозабвенно пел, не обращая внимания ни на что.

Под перестук колес неслось в небыль время.

Но тут наступал самый длинный день в году, и соловей смолкал,

преклоняясь пред величием праздника света.

Постепенно старели и опадали листья.

Вслед за ними кружилась нежная вата снегов,

заботливо укрывая продрогший лес.

Приходила весна, чтобы разбудить природу к новой жизни.

Так повторялось много раз.

Каждый год соловей начинал петь в назначенный час.

А поезда все гремели.

Однажды пассажирский поезд резко остановился посреди леса.

В тишине, наступившей после режущего скрежета тормозов, кто-то прошептал: «Послушайте, как чудесно поет соловей!»

Петь, сознавая, что тебя никто не слышит,

но все равно петь, –

наверное, это и есть высшее проявление таланта!

 

                                                                                                                                                                   

ИДЕТ ДОЖДЬ

Под каплями дождя мелко дрожит озябшая листва.

Переполненные лужи насыщенно булькают, переливаясь через край.

Дождь льет уже несколько дней. Проселки и

тропинки превратились в непроходимые болота.

Поспевающие хлеба под тяжестью капель падают на размокшую землю.

Гниет скошенная, не успевшая стать сеном трава.

Мир опустел. Почти все живое спряталось от нудного дождя.

Кажется, ему не будет конца, лето кончилось в конце июня, и

сразу наступил октябрь.

Вдруг, весело чирикая, прилетела и беззаботно уселась

на промокшей груше воробьиная стайка.

Воробьи знают, что дождь когда-то кончится,

будет светить июльское солнце,

воздух наполнится ароматом летних цветов, будет радость лета.

Почему же я забываю об этом? Идет дождь...

                                                                                                                                                           НЕЗАБУДКА

В лесу буйствует май, и в глазах рябит от ярких красок,

словно смотришь в калейдоскоп.

Деревья облачились в свежие изумрудно-сочные платки;

солнечными осколками блестят одуванчики;

белоснежные лампочки ландышей, несмотря на свою миниатюрность,

ослепительно сияют. И в волнах этой красоты о чем-то необычайно

сладостном слагают песни соловьи. Как

прекрасно после черно-белой зимней скуки

любоваться майским пейзажем! Хочется смотреть на землю, не отрываясь.

Вдруг взгляд натыкается на маленькие

небесно-голубые капельки. Незабудки.

И я вспоминаю, что над цветущей майской землей

раскинулось прекрасное голубое небо.

Завянут цветы, умолкнут птицы, выгорят,

пожелтеют и улетят листья, земля опять станет черно-белой,

лишь небо останется голубым.

В миг земной, преходящей радости мы

нередко забываем, что она очень быстро промелькнет.

А вечное блаженство только в небесах.

Может быть, для того, чтобы мы не забывали об этом, цветет незабудка?